ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ ПРАВО
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ОБ ОБРАЗОВАНИИ Информационный портал
 

К вопросу о противодействии информационному воздействию на несовершеннолетних посредством сети «Интернет»

ЕЖЕГОДНИК РОССИЙСКОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ТОМ 13 (№ 18), 2018 

Свидетельство о регистрации СМИ –  ПИ № ФС77-3049 от 07 декабря 2007 г.

АВТОРЫ: Букалерова Л. А., Насонкин В. В., Остроушко А. В.

АННОТАЦИЯ 

В статье анализируется действующее законодательство, регламентирующее вопросы обеспечения информационной безопасности и защиты несовершеннолетних от вредоносного психологического влияния в информационно-телекомму­никационных сетях. Выявлено, что в российском законодательстве существует достаточное количество актов, направленных на обеспечение информационной безопасности несовершен­нолетних, но в силу различных причин они не позволяют в полной мере обеспечить защиту российских детей от информации, наносящей вред их здоровью и развитию, в сети «Интернет».

Для устранения указанного недостатка авторы предлагают выработать единую государственную политику по обеспечению информационной безопасности несовершеннолетних в информационно-телекоммуникационных сетях. Основные положения данной политики должны быть закреплены в базовом документе стратегического планирования. Такой подход позволит суммировать квинтэссенции позитивного отечественного и международного опыта противодействия имеющейся проблеме и сформулировать основные направления совершенствования национального законодательства, ориентированного на обеспечение информационной безопасности несовершеннолетних в информационно-телекоммуникационных сетях.


КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА 

Несовершеннолетние; информационная безопасность; сеть «Интернет»; вредоносное воздействие; здоровье; нравственное развитие; защита; Концепция; совершенствование; система противодействия.


Обеспечение общепризнанных прав детей на защиту от негативной информации, нарушающей их нравственное, психическое, физическое и соци­альное развитие, является одним из приоритетных направлений политики российского государства на современном этапе[1]. С целью обеспечения эффективной защиты несовершеннолетних от вредного информационного влияния, источником которого стала сеть «Интернет», в Российской Федерации работа ведется по двум основным направлениям — фильтрация контента и медиа-образование[2]. Базовым принципом данной работы должно быть провозглашено создание в информационной среде атмосферы, свободной от негативного влияния на психику детей вне зависимости от их социального положения, религиозной, этнической и государственной принадлежности.

Президент Российской Федерации в своем Указе от 1 июня 2012 г. № 761 «О Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012–2017 годы»[3] поставил задачу разработать систему мер по предотвращению различного вида негативного психологического воздействия на несовершеннолетних. В Доктрине информационной безопасности Российской Федерации[4] защита жизненно важных интересов страны от любых внутренних и внешних угроз, связанных с применением информационных технологий, определена стратегической целью обеспечения информационной безопасности личности.

Для достижения этой цели в Российской Федерации был принят ряд нормативных актов в различных отраслях законодательства. Проведенный нами опрос (результаты представлены на диаграмме 1) показал высокий уровень доверия российских граждан к необходимости создания механизма правового противодействия влиянию вредоносной информации на психику детей посредством информационно-телекоммуникационных сетей.

 

Диаграмма 1 — Распределение ответов на вопрос о том, чем (кем) должно осуществляться регулирование противодействия влиянию вредоносной информации на психику детей в сети «Интернет»


5_2018.png


Анализ состояния отечественного законодательства в области обеспечения информационной безопасности несовершеннолетних показал, что базовый Федеральный закон от 29 декабря 2010 г. № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию»[5] (далее — Закон о защите детей от причиняющей вред информации) нуждается в доработке, в частности корректировке и расширении перечня видов информации, причиняющей вред здоровью и (или) развитию детей, так как действующие нормы не позволяют оказывать эффективное противодействие выявленным рискам негативного психологического воздействия в сети «Интернет».

Нормы, которые направлены на защиту детей от вредоносного информационного воздействия, но принятые в различных отраслях, не всегда согласуются в системе российского законодательства. Зачастую они принимаются в срочном порядке как аварийная «заплатка» в законодательстве для решения текущих задач. Это порождает несогласованности и коллизии, которые были выявлены нами в ходе исследования. Кроме того, актуальной задачей является пересмотр устаревших ведомственных норм, приведение их в соответствие с федеральным законодательством и совершенствование механизмов предупреждения делинквентного поведения несовершеннолетних, продуцируемого контентом сети «Интернет»[6].

В Российской Федерации не в полной мере востребован положительный зарубежный и международный опыт по построению системы правового противодействия распространению негативной информации, как, впрочем, не известен зарубежным коллегам позитивный российский научный и практический опыт решения проблемы.

Все это доказывает, что принятым в России нормативным актам не хватает единой концептуальной направленности, которая бы структурировала цели, методы и средства противодействия негативному информационному воздействию на психику детей. Выявленные недостатки обусловливают необходимость более качественного конструирования правовых норм, направ­ленных на охрану информационной безопасности несовершеннолетних. За необходимость дальнейшего совершенствования данных норм высказалось 73,7 % опрошенных нами респондентов.

По нашему мнению, правовой механизм предотвращения распространения опасной для несовершеннолетних информации по сетям телекоммуникации должен базироваться на приращении знаний в отечественной юридической науке о создании комплексной системы правового обеспечения информационной безопасности несовершеннолетних. При этом комплекс правовых норм, направленных на правовое регулирование информационной безопасности несовершеннолетних и защиту их от психологического воздействия через системы телекоммуникации, должен быть закреплен в едином основополагающем документе, предусматривающем стратегические цели, систему принципов, основные направления обеспечения и организационные основы противодействия вредоносному воздействию на несовершеннолетних в информационно-телекомму­никационных сетях.

Отметим, что в Российской Федерации информационная безопасность личности рассматривается как часть национальной безопасности, которая в соответствии с Федеральным законом от 28 июня 2014 г. № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации»[7] (далее — Закон о стратегическом планировании) подлежит правовому регулированию наряду с социально-экономическим развитием Российской Федерации. Следовательно, документ, содержащий программу защиты детей от вредоносного воздействия на психику в информационно-телекоммуникационных сетях, должен быть отнесен к документам стратегического планирования.

В ходе исследования нами перед интервьюируемыми были поставлены вопросы о том, считают ли они необходимым разработку единой идеологии противодействия негативному информационному воздействию на детей, принятие нормативного акта, который бы закрепил цели, систему принципов, основные направления обеспечения и организационные основы такого противо­действия, и отнесение этого документа к документам стратегического планирования. Результаты ответов представлены на диаграмме 2.

 

Диаграмма 2 — Распределение ответов на вопрос о необходимости разработки единого документа стратегического планирования


6_2018.png


Как видим, большинство респондентов поддержали предложение о необходимости разработки единого документа стратегического планирования. Среди противников такого подхода было высказано мнение, что защита несовершеннолетних должна осуществляться посредством принятия нормативных актов органами, ответственными за реализацию политики в отношении детей, или предпочтение отдавалось саморегулированию, когда программа противодействия должна быть разработана общественными организациями и не закрепляться на нормативном уровне.

Конечно, предложение о создании кибердружин довольно интересно. Секретарь Общественной палаты РФ Валерий Фадеев поддерживает разрабатываемый группой депутатов от «Единой России» законопроект о создании кибердружин, которые должны помогать правоохранительным органам находить в интернете противоправный контент[8]. Следует отметить определенный вклад общественного проекта «Киберпатруль» в части защиты детей от посещения опасных ресурсов в сети «Интернет», а также в разработку методики противодействия распространению противоправного контента и его блокированию в сети «Интернет»[9]. По нашему мнению, только полная координация мер общественного противодействия и государственного воздействия, осуществленная на правовом уровне, позволит эффективно решить проблему предотвращения негативного психологического воздействия на несовершеннолетних в сети «Интернет. Разрешить данную проблему может стратегическое планирование, которое является базой для любой реализуемой политики, предполагает сроки достижения целей, которые должны быть обеспечены имеющимися ресурсами.

Под стратегическим планированием понимается целеполагание, прогнозирование, планирование и программирование обеспечения социально-эконо­мического развития Российской Федерации, отраслей экономики и сфер государственного и муниципального управления, обеспечения национальной безопасности Российской Федерации, направленные на решение задач устойчивого социально-экономического развития Российской Федерации (п. 1 ст. 3 Закона о стратегическом планировании).

Обязательным компонентом стратегического планирования является документирование целей, прогнозов, планов и программ, связанных со стратегическим планированием, которое должно осуществляться на уровне органов государственной власти Российской Федерации.

Исследователи в целом позитивно оценивают принятие Закона о стратегическом планировании. Так, М. Ю. Осипов подчеркивает, что стратегическое планирование направлено на минимизацию рисков возникновения социальных или экологических катаклизмов в будущем, на обеспечение национальной безопасности, которая также состоит в защите национальных интересов РФ от внутренних и внешних угроз[10].

Д. А. Афиногенов и В. В. Воронин отмечают, что стратегическое планирование позволяет на практике реализовывать «принцип взаимосвязи и взаимозависимости задач обеспечения национальной безопасности с динамичным социально-экономическим развитием государства»[11]. По мнению ученых, стратегическое планирование является идеологической основой формирования государственной политики, которое позволяет на практике реализовывать принцип взаимосвязи и взаимозависимости.

Как нам представляется, документ, содержащий программу защиты детей от вредоносного воздействия на психику в информационно-телеком­муни­кационных сетях, должен быть принят высшим органом исполнительной власти — Правительством Российской Федерации как новая редакция Концепции информационной безопасности несовершеннолетних (ранее детей), или же следует разработать новую Концепцию информационной безопасности несовершеннолетних в информационно-телекоммуникационных сетях[12].

Пора отказаться от понятия «информационная безопасность детей» как в действующей Концепции, так и в базовом Законе о защите детей от причиняющей вред информации (№ 436-ФЗ) и ввести понятие «информационная безопасность несовершеннолетних». Такая тенденция прослеживается во многих зарубежных странах, в частности, китайские и американские законодатели в своих документах в аналогичных случаях уже давно используют в этом термине слово «несовершеннолетние»[13].

В настоящий момент в РФ под информационной безопасностью детей понимается состояние защищенности детей, при котором отсутствует риск, связанный с причинением информацией вреда их здоровью и (или) физическому, психическому, духовному, нравственному развитию. Употребление законо­дателем слова «дети», имеющего более широкое толкование, а не «несовер­шеннолетние» потенциально может способствовать возникновению ряда противоречий, ведь даже перешагнувшие порог совершеннолетия личности все равно остаются детьми своих родителей. Заметим, что в Российской Федерации «ребенок — лицо до достижения им возраста 18 лет (совершеннолетия)». Такое определение дано в ст. 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации»[14]. В то же время понимание равнозначности слов «ребенок», «дети», «несовершеннолетние» было принято отечественной юридической наукой и практикой, что доказывается тем, что на протяжении всего срока действия закона нам не известны случаи, когда бы факт использования слова «дети» вызывал проблемы при правоприменении. Однако требования юридической техники требуют от законодателя точности формулировок.

Узкое, буквальное содержание существующего легального определения понятия «информационная безопасность детей» говорит лишь об одном аспекте информационной безопасности несовершеннолетнего — отсутствии риска, связанного с причинением информацией вреда, что совершенно не коррелирует с доктринальным определением информационной безопасности личности, закрепленным Указом Президента № 646. Исходя из толкования данного определения, можно предположить, что мы защищаем детей только от вредной информации. При этом неучтенной остается защищенность интересов личности несовершеннолетнего при реализации прав на доступ к информации, права на использование информации в интересах осуществления не запрещенной законом деятельности. Также в данное определение не вошла защита конфиденциальной информации о личности и ряда других важных информационных прав несовершеннолетнего. О необходимости совершенствования дефиниций, связанных с информационной безопасностью личности, уже неоднократно заявляли в научном сообществе[15].

Полагаем, что имеющееся в Законе о защите детей от причиняющей вред информации определение информационной безопасности детей является неполным, так как законодательством РФ под охрану поставлены и иные общественные отношения в сфере информации и личности. В связи с чем предлагаем под информационной безопасностью детей (несовершеннолетних) понимать состояние защищенности детей от внутренних и внешних информационных угроз, при котором их личность защищена от рисков, связанных с причинением информацией вреда здоровью и (или) физическому, психическому, духовному, нравственному развитию, а также гарантированы: права на доступ к информации, использование информации в интересах осуществления не запрещенной законом деятельности, физического, духовного и интеллектуального развития; режим конфиденциальности информации о личности; защита от распространения заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство человека или подрывающих его репутацию; запрет на незаконный оборот информации, затрагивающей экономические, политические интересы несовершеннолетнего; гарантии на ознакомление с необходимыми для жизнедеятельности человека сведениями.

Кроме того, считаем, что кроме уже ставших традиционными основных положений государственной политики обеспечения информационной безопасности несовершеннолетних в Российской Федерации и перечня первоочередных мероприятий по ее реализации, новая Концепция должна в обязательном порядке содержать: понятийный аппарат; основные направления развития отраслей публичного и частного права в сфере охраны информационной безопасности несовершеннолетних; вопросы повышения эффективности противодействия возникающим угрозам в информационно-телекоммуникационных сетях посредством координации деятельности законодательной и исполнительной ветвей власти.

Одной из наиболее важных проблем, требующих решения, является признание самой проблемы того, что телекоммуникационные сети — это основной инструмент, который используется для распространения информации, причиняющей вред здоровью и (или) развитию несовершеннолетних. Многие люди, будь то родители, учителя или даже сотрудники правоохранительных органов, недооценивают риски использования сети «Интернет» несовершеннолетними. Каждому субъекту, который имеет дело с детьми (в процессе образования, воспитания, защиты их прав, создания информационной продукции для несовершеннолетних и т. д.), должно быть вменено знание нормативных документов, касающихся негативного психологического воздействия в информационно-телекоммуникационных сетях, а также методики противодействия такому воздействию и мерах по нейтрализации его последствий.

Положительным можно признать опыт Соединенных Штатов Америки и Израиля, где в случае выявления любой информации (текстовой, видео, графика), которая негативно воздействует на ребенка и (или) заставляет его чувствовать угрозу или боль, в целях обеспечения безопасности несовершеннолетнего всем субъектам дается однозначная рекомендация незамедлительно обращаться в полицию. В структуре правоохранительных органов созданы специальные подразделения для борьбы с информационными правонарушениями, и рядовые сотрудники имеют компетенции для правильного реагирования на подобные сообщения[16].

Проведя анализ зарубежного опыта, мы установили, что очень важная роль там отводится разработке легальных дефиниций[17], при этом следует добиться концептуальной четкости всех определений. В этой связи, кроме проблемы разработки понятия «информационная безопасность несовершеннолетних (или детей)», необходимо предельно четко сформулировать дефиниции, которые:

- во-первых, зафиксируют состояние защищенности детей от вредоносного воздействия информационно-телекоммуникационных сетей;

- во-вторых, отражают содержание и опасность вредоносного воздействия на психику несовершеннолетних;

- в-третьих, устраняют имеющиеся правовые пробелы, связанные с отсутствием на формально-юридическом уровне широко используемых терминов. Эти вопросы должны найти свое отражение в Общих положениях Концепции.

Предлагаем включить в Концепцию ряд базовых понятий, таких как:

- угроза информационной безопасности несовершеннолетних (далее — информационная угроза) — совокупность действий и факторов, создающих опасность нанесения ущерба информационной безопасности несовершеннолетних;

- вредоносное воздействие на несовершеннолетних в информационно-телекоммуникационных сетях — информационная угроза, выражающаяся в совокупности действий и факторов информационно-психологического характера в информационно-телекоммуникационных сетях, включая сеть «Интернет», целенаправленно приводящих к причинению информацией вреда здоровью и (или) физическому, психическому, духовному, нравственному развитию несовершеннолетних;

- защита от вредоносного воздействия на несовершеннолетних в информационно-телекоммуникационных сетях — комплекс мероприятий для предотвращения, нейтрализации (ослабления), блокирования и устранения последствий вредоносного воздействия;

- факторы информационно-психологического характера — факторы, способные против воли и желания человека изменять его психологические характеристики и поведение.

Новая Концепция должна базироваться на модели системы потенциальных угроз информационной безопасности несовершеннолетних в информа­ционно-телекоммуникационных сетях и адекватных ответах со стороны государства и общества, построенной на основании риск-ориентированного подхода. Мы отдаем себе отчет, что вредоносное воздействие на психику в информационно-телекоммуникационных сетях относится к классу угроз, которые ликвидировать в полной мере невозможно. Именно открытость информационных технологий позволяет им успешно работать во всех сферах нашей жизни и активно развиваться. Такая открытость сопряжена с риском. По нашему мнению, комплексное правовое регулирование позволяет сократить эту угрозу таким образом, чтобы обеспечить достаточный уровень информационной безопасности несовершеннолетних. Требуется закрепить приоритет адаптации имеющейся в Российской Федерации нормативной базы и реализации неотложных задач по разработке и принятию нормативных правовых актов, обеспечивающих информационную безопасность несовершеннолетних, для того, чтобы строить надежную систему противодействия угрозам по мере развития технологий.

В этой связи считаем, что в Концепции должны найти свое отражение оценка состояния информационной безопасности несовершеннолетних в Российской Федерации и базовые риски при работе в сетях коммуникации, а также перечень потенциальных угроз, исходящих от телекоммуникационных сетей и оказывающих вредоносное воздействие на психику дет ей.С нашей точки зрения, для эффективного обеспечения информационной безопасности несовершеннолетних необходимо отнести отдельные виды информационных ресурсов (источников информации) к определенной категории риска либо определенному классу (категории) опасности. Предлагается ввести шесть категорий риска: чрезвычайно высокий, высокий, значительный, средний, умеренный и низкий. Они будут являться показателями, которые отражают как степень опасности той или иной информации для несовершеннолетних, так и тяжесть последствий ее вредоносного воздействия.

Кроме того, полагаем, что в Российской Федерации категоризации должна быть подвергнута следующая информация:

1) распространяемая с целью вовлечения несовершеннолетних в социальных сетях в различные деструктивные группы для дальнейшего манипулирования их действиями в реальном мире, наиболее опасными из которых являются группы:

- суицидальной направленности (так называемые группы смерти);

- активно пропагандирующие идеологию экстремизма, национализма и терроризма, содержащую призывы к совершению преступлений экстремистской и террористической направленности против людей другой национальности или вероисповедания, иностранных граждан;

- направленные на контроль сознания и изменение системы ценностных ориентиров несовершеннолетних путем вовлечения их в псевдорелигиозные организации, тоталитарные секты, а также пропаганду деструктивных культов, магии, колдовства, волшебства, чародейства, ясновидения, эзотерики, теургии, некромантии и т. п.;

- культивирующие свободу половых отношений, раннее начало половой жизни, а также нетрадиционную сексуальную ориентацию и нетрадиционные сексуальные отношения;

- направленные на пропаганду антиобщественного поведения, право­вого нигилизма, популяризацию уголовной идеологии, криминализацию несовершеннолетних путем распространения информации о возможностях и способах совершения преступлений;

2) посягающая на честь и достоинство несовершеннолетнего, навязывающая искаженные правила межличностного общения, выражающиеся:

· в унижении чести и достоинства путем преследования в информационно-телекоммуникационных сетях через сообщения, содержащие оскорбления, агрессию, запугивание, хулиганство, социальное бойкотирование (так называемые кибербуллинг, кибермоббинг, интернет-травля и т. п.);

- действиях лица, направленных на установление контакта с несовершеннолетним в виртуальном мире, в целях склонения несовершеннолетнего при помощи возможностей сети «Интернет» к действиям сексуального характера в реальном мире (так называемый кибергрумминг);

- провоцирующем и пренебрежительном поведении противоположной стороны при общении в информационно-телекоммуникационных сетях (хамство, нецензурная лексика, пранк, навязчивый спам, деанонимизация);

3) направленная на поддержание постоянной потребности:

- играть в игры (игровая зависимость);

- обладать доступом к ресурсам информационно-телекоммуни­кационных сетей;

- во взаимодействии коммуникативного плана с членами группы в социальных сетях, мессенджерах и пр.;

- в поиске и просмотре в сетях картинок, цитат, демотиваторов и т. п. (демотивационная зависимость);

4) пропагандирующая использование информационных ресурсов и информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым ограничен, с помощью запрещенных систем для преодоления средств защиты и обучающая использованию вышеуказанных средств;

5) пропагандирующая потребительское, меркантильное отношение к жизни, в том числе маркетинговые технологии, ориентированные на несовершеннолетних, нацеливающие детей воздействовать на родителей для удовле­творения своих потребностей;

6) формирующая неправильные личностные ценности, выражающаяся:

- во внушении мысли о возможности зарабатывания «легких денег» на распространении контента, обслуживании цифровых финансовых активов, участии во всевозможных онлайн-играх;

- в возведенном в цель саморекламировании путем раскрутки личных профилей и сообществ в социальных сетях (так называемая лайкомания);

- распространении информации, направленной на размывание культурных, исторических и духовно-нравственных ценностей, под видом произведений современного искусства;

7) привлекающая к участию в несанкционированных массовых мероприятиях различного толка, в том числе и политических.

Следует концептуально закрепить необходимость правового воздействия на информационные отношения в целях обеспечения защиты детей от негативного информационного воздействия, причиняющего вред их здоровью и развитию. Уровень вмешательства и строгость юридической ответственности должны быть поставлены в прямую зависимость от отнесения отдельных видов и источников информации к определенной категории риска в зависимости от (с учетом) возрастной категории детей. Этому должны предшествовать научные оценки поставленной проблемы.

Кроме того, в Концепции обязательно должны быть закреплены основные принципы обеспечения защиты детей от вредоносного воздействия на психику в информационно-телекоммуникационных сетях, которые базируются на общеправовых принципах законности, справедливости, гуманизма, единства прав и обязанностей и специальных принципах, отраженных в Доктрине информационной безопасности Российской Федерации и Концепции информационной безопасности детей.

Базовыми являются следующие принципы:

- законности общественных отношений в информационной сфере и равенства прав и свобод всех участников таких отношений, основанные на конституционном праве граждан свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом;

- признания детей равноправными участниками информационных общественных отношений в Российской Федерации, нуждающимися в дополнительном обеспечении защиты их прав и законных интересов в информационной сфере;

- ответственности государства за соблюдение законных интересов детей в информационной сфере и обеспечения защиты детей от вредоносного воздействия на психику в информационно-телекоммуникационных сетях;

- соблюдения баланса между потребностью несовершеннолетних граждан в свободном обмене информацией и ограничениями, связанными с необходимостью обеспечения информационной безопасности;

- необходимости формирования у детей компетенций в сфере безопасного использования информационно-коммуникационных технологий в области безопасного поведения в информационном пространстве и умений предупреждать информационные угрозы и ликвидировать последствия их проявления;

- создания при доступе в сеть «Интернет» с территории Российской Федерации благоприятной для детей информационной среды вне зависимости от их социального положения, государственной, религиозной и этнической принадлежности;

- достаточности сил и средств для обеспечения защиты детей от вредоносного воздействия на психику в информационно-телекоммуникационных сетях, которая достигается в сотрудничестве государственных и негосударственных учреждений, должностных лиц, родителей, педагогов, представителей средств массовой информации, операторов связи и операторов информационных систем.

В соответствии со сложившейся традицией и правилами юридической техники в документах стратегического планирования, включая разрабатываемую Концепцию, должны быть описаны приоритетные задачи государственной политики по противодействию информационному воздействию на несовершеннолетних посредством сетей телекоммуникации.

Проведенный нами опрос показал, в каких информационных отношениях, по мнению респондентов, прослеживается недостаток правового регулирования, который не позволяет в полной мере защитить детей от вредоносного информационного воздействия. Результаты исследования приведены на диаграмме 3.

 

Диаграмма № 3 — Распределение ответов на вопрос о том, в каких направлениях необходимо дополнительное правовое регулирование для обеспечения безопасности несовершеннолетних в сети «Интернет»

 

7_2018.png


Если допустить, что к приоритетным направлениям правового регулирования будут отнесены те, за которые высказалось более половины опрошенных, то результаты опроса частично совпадают с данными, которые получены при анализе зарубежного и международного опыта, а также научных исследований. Однако можно заметить, что самую низкую поддержку среди опрошенных получили направления по вторжению посредством права в повседневную деятельность родителей и педагогов, то есть тех субъектов, которые наиболее вовлечены в процесс становления личности несовершеннолетнего.

Во многом это связано с тем, что опрошенные являются родителями или готовятся ими стать, что приводит к опасению дополнительной ответственности, и такое состояние поддерживается «страшилками» о ювенальной юстиции[18], распространяемыми в средствах массовой информации. Также известен мировой опыт, например израильский, где компетентные органы наделены правом оказывать информационное запретительное воздействие на родителей и принимать иные меры, вплоть до изъятия ребенка из семьи за аморальное поведение родителей, которое может выражаться в отсутствии мер по ограничению доступа для ребенка к определенному контенту (секс, насилие и пр.) в сети «Интернет»[19].

Респондентами совершенно недооценена необходимость совершенствования деятельности системы образования по предотвращению вредоносного информационного воздействия на несовершеннолетних. Проведенный нами анализ показал, что деятельность учителей, воспитателей, администрации образовательных учреждений по предотвращению рисков сети «Интернет»: во-первых, недостаточна и отстает от мирового уровня; во-вторых, проходит в правовом вакууме, так как процесс разработки нормативного материала, регулирующего деятельность системы образования по обеспечению информационной безопасности детей, находится на начальной стадии, что было отмечено на заседании Временной комиссии Совета Федерации по развитию информационного общества.

В сети «Интернет» постоянно появляются все новые источники, содержащие опасную для несовершеннолетних информацию. Поэтому необходимы меры противодействия, связанные с воспитательной и информационно-просве­тительской работой с несовершеннолетними и их родителями, а также активная работа по выработке психологического иммунитета от воздействия деструктивной информации. Противовесом новым деструктивным явлениям, возникающим в интернет-пространстве и оказывающим негативное воздействие на психику детей, должна стать адаптированная под новые вызовы система общего образования. Наряду с комплексом превентивных мер педагогического контроля, направленных на противодействие возникающим угрозам, в школьную программу должна быть введена дисциплина по изучению основ информационной безопасности, ориентированная на разъяснение сущности возникающих угроз и структурирование информационной защиты от их распространения.

В рамках учебного процесса и вне стен учебных заведений необходимо проводить мероприятия, основной целью которых определить повышение уровня информационной безопасности несовершеннолетних, обеспечение внимания родительской и педагогической общественности к этой проблеме, а также развитие цифровой грамотности у населения всех возрастных категорий, формирование безопасной онлайн-среды и создание культуры ответственного, этичного и безопасного использования интернет-технологий. Необходимо помочь детям понять последствия, которые информационные технологии могут оказать на их дальнейшую судьбу, и предоставить им инструменты и информацию, необходимые для принятия решений в вопросах виртуальной жизни[20].

Эта работа не должна ограничиваться Всероссийским единым уроком информационной безопасности в сети «Интернет» и Всероссийской неделей безопасного Рунета, проводимой российскими библиотеками, а также созданием отдельных информационных ресурсов, затрагивающих вопросы информационной безопасности несовершеннолетних. По нашему мнению, такая работа должна проводиться в рамках Общероссийского месячника информационной безопасности с привлечением не только министерств просвещения, науки и высшего образования, Роскомнадзора и иных государственных структур, но и активным привлечением средств массовой информации, использованием ресурсов сети «Интернет», распространением социальной рекламы.

Для развития компетенций, направленных на повышение уровня правового сознания и правовой культуры, осведомленности о возможностях правовой защиты, пропаганды соблюдения прав и обязанностей, а также на обеспечение надлежащего правового поведения несовершеннолетних как в реальной жизни, так и в виртуальном мире, требуется урегулировать правом необходимость и перечень мер воздействия, которые должны осуществляться родителями, школьными педагогами для предотвращения негативного воздействия на психику детей посредством телекоммуникационных сетей. Кроме того, необходимо предусмотреть меры государственного воздействия, которые должны применяться уполномоченными органами государственной власти. К их числу следует отнести: разработку в образовательных организациях методических рекомен­даций о правилах доступа обучающихся к видам информации, распространяемой посредством сети «Интернет», причиняющей вред здоровью и (или) развитию детей; блокировку сайтов, распространяющих вредоносную информацию, оказывающую негативное воздействие на психику детей; разработку критериев определения уровня вредоносности информационной продукции, производимой для детей; мониторинг производства информационной продукции для детей и информационной продукции в субъектах Российской Федерации с целью определения потенциальных угроз для психики детей; создание стимулирующих механизмов в области средств массовой информации.

С целью повышения эффективности деятельности по предупреждению и пресечению распространения вредоносной информации в телекоммуникационных сетях в Концепцию необходимо включить меры стимулирования работников образовательной сферы за достигнутые результаты путем мониторинга их работы.

Государственная политика должна предусматривать деятельность по оказанию помощи жертвам противоправных деяний. Необходимо создать и поддерживать функционирование центров психологической и медицинской помощи; телефоны доверия; семинары и тренинги и пр.

Вся работа должна осуществляться в тесном сотрудничестве государственных учреждений и организаций с правоохранительными органами, правозащитными и прочими общественными организациями, с учетом позитивного международного опыта.

Механизмы реализации государственной политики в области информационной безопасности детей в телекоммуникационных сетях должны предусматривать концептуальные основы идентификации лиц при работе в сети «Интернет». Проведенное нами исследование показало (диаграмма 4), что 44,7 % респондентов положительно высказались за обязательную идентификацию пользователей на ресурсах, предназначенных для несовершеннолетних, еще 14,5 % респондентов выступают за обязательную идентификацию пользователей на всех без исключения ресурсах.

 

Диаграмма 4 — Распределение ответов на вопрос о необходимости обязательной идентификации пользователей при работе в сети «Интернет»


7_2018.png


Стоит отметить, что мы не поддерживаем идею о тотальной идентификации при работе в сети «Интернет». Однако анализ имеющегося зарубежного опыта позволяет сделать вывод, что необходимо разработать идеологию и создать собственную национальную систему выявления, идентификации и аутентификации несовершеннолетних пользователей в социальных сетях. По нашему мнению, она должна развиваться в направлении, заложенном в постановлении Правительства РФ от 27 октября 2018 г. № 1279 «Об утверждении Правил идентификации пользователей информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" организатором сервиса обмена мгновенными сообщениями»[21].

Необходимо продолжать совершенствовать процедуры юридической ответственности за распространение информации, оказывающей негативное психологическое воздействие на несовершеннолетних. Кроме этого, следует концептуально закрепить необходимость разработки мер административной ответственности в отношении родителей (законных представителей) детей, игнорирующих необходимые меры родительского контроля и допускающих получение и распространение детьми посредством информационно-теле­коммуникационных сетей информации, оказывающей вредоносное воздействие на психику несовершеннолетних, и в отношении педагогических работников — за ненадлежащее исполнение ими должностных обязанностей, допускающих получение и распространение детьми во время нахождения в образовательном учреждении посредством информационно-телекоммуникационных сетей информации, оказывающей вредоносное воздействие на психику несовершеннолетних.

Таким образом, в российском обществе назрела объективная потребность дать адекватный правовой ответ негативному воздействию на психику детей информации, распространяемой в информационно-телекоммуни­кационных сетях.

Проведенный в ходе исследования социологический опрос позволил структурировать риск-ориентированный подход, основанный на выявлении конкретных видов негативной информации на психику детей, в зависимости от возрастной категории последних. Выявленные риски позволят выработать гибкую государственную политику в части применения мер принудительного воздействия как в отношении источников вредной информации, так и ее распространителей.

Преимущество единого концептуального документа — Концепции правового обеспечения защиты детей от вредоносного воздействия на психику в информационно-телекоммуникационных сетях — заключается в том, что она позволит суммировать квинтэссенции позитивного отечественного и международного опыта противодействия имеющейся проблеме и сформулировать основные направления совершенствования национального законодательства, ориентированного на защиту неприкосновенности детей от посягательств через информационно-телекоммуникационные сети.

Реализация Концепции правового обеспечения защиты детей от вредоносного воздействия на психику в информационно-телекоммуникационных сетях позволит:

1) снизить уровень опасности воздействия вредной информации на детей, исходящей из информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе «Интернет», за счет мер превентивного воздействия на информационно-телекоммуникационные сети;

2) усилить родительский и педагогический контроль за незаконным распространением вредной информации, оказывающей негативное воздействие на психику детей через информационно-телекоммуникационные сети;

3) дать адекватную административно-правовую и уголовно-правовую квалификацию деяниям, связанным с распространением вредоносной информации посредством информационно-телекоммуникационных сетей, оказывающей негативное воздействие на психику детей;

4) прогнозировать потенциальные риски распространения вредной информации, оказывающей негативное воздействие на психику детей, в зависимости от их возрастных групп с целью предотвращения и минимизации развития негативных последствий.


Литература

1. Афиногенов, Д. А. Роль документов стратегического планирования: правовые аспекты / Д. А. Афиногенов, В. В. Воронин // Государственная власть и местное самоуправление. — 2014. — № 2.

2. Борисова, К. Опасна ли ювенальная юстиция? : интервью главы Комиссии по общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов и реформированием судебно-правовой системы Общественной палаты Российской Федерации А. Г. Кучерены и члена Общественной палаты Российской Федерации О. В. Зыкова пресс-службе Данилова мужского монастыря г. Москвы (май 2009 г.) // Вопросы ювенальной юстиции. — 2009. — № 5.

3.  Гуров, А. И. Уголовно-правовая охрана информационной безопасности личности / А. И. Гуров, А. В. Остроушко // Закон и право. — 2015. — № 4.

4. Жаров, А. А. О проекте «Персональные данные. Дети» [Электронный ресурс]. URL: http:// http://персональныеданные.дети/o_proekte (дата обращения: 20.11.2018).

5. Иванов, И. С. Правовая защита детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию : расширенный научно-практический комментарий. Подготовлен для справ.-правовой системы «КонсультантПлюс», 2012.

6. Иванов, С. В. Правовое регулирование информационной безопасности личности в Российской Федерации / С. В. Иванов // Вестник Екатерининского института. — 2014. — № 1 (25).

7.    Кузнецова, Е. В. Предупреждение органами внутренних дел криминогенного воздействия контента и коммуникаций в сети Интернет на несовершеннолетних // Ученые труды Российской академии адвокатуры и нотариата. — 2018. — № 1 (48).

8.    Осипов, М. Ю. О некоторых проблемах реализации положений Федерального закона о стратегическом планировании в РФ / М. Ю. Осипов // Государственная власть и местное самоуправление. — 2017. — № 12.

9.    Остроушко, А. В. О необходимости системного подхода при разработке нормативных актов для обеспечения информационной безопасности детей в сетях телекоммуникации / А. В. Остроушко, Л. А. Букалерова // Актуальные проблемы современного общества и пути их решения в условиях перехода к цифровой экономике : материалы XIV Международной научной конференции : в 4 ч. (г. Москва, 5 апреля 2018 г.). — М., 2018. — Ч. 4. — С. 148–153.

10. Полякова, Т. А. Правовое обеспечение информационной безопасности при построении информационного общества в России : дис. ... д-ра юрид. наук : 12.00.14 / Полякова Татьяна Анатольевна. — М., 2008. — 438 с.

11. Попченков, Э. Н. К вопросу о понятии, сущности, месте, роли и значении оперативно-розыскной политики в структуре уголовной политики Российской Федерации / Э. Н. Попченков, В. А. Кузнецов // Современные проблемы уголовной политики : материалы Всероссийской научно-практической конференции (г. Краснодар, 1 октября 2010 г.) : в 2 т. / под ред. А. Н. Ильяшенко. — Краснодар : Краснодарский университет МВД России, 2010. — Т. 2. — С. 219–223.

12. Токунага, Р. С. После вас домой из школы: критический обзор и синтез исследований о кибербуллинге и виктимизации / Р. С. Токунага // Компьютеры в поведении человека. — 2010. — № 26 (3).

13. Шнитман, Я. Израильское право: социальные службы и права семьи [Электронный ресурс]. URL: http://pravo.israelinfo.co.il/articles/sem (дата обращения: 02.01.2018).

14. Patchin, J. Law Enforcement Perspectives on Cyberbullying. [Electron. resource]. — 2011. URL: http://cyberbullying.us/blog/law-enforcement-perspectives-on-cyberbullying.html.

15. Shaw, Т. (ed.). Information Security and Privacy: a Practical Guide for Global Executives, Lawyers, and Technologists / Т. Shaw (ed.). — Chicago: American Bar Association, 2011.




[1] См.: Попченков Э. Н., Кузнецов В. А. К вопросу о понятии, сущности, месте, роли и значении оперативно-розыскной политики в структуре уголовной политики Российской Федерации // Современные проблемы уголовной политики : материалы Всероссийской научно-практической конференции : в 2 т. / под ред. А. Н. Ильяшенко (г. Краснодар, 1 октября 2010 г.). Краснодар : Краснодарский университет МВД России, 2010. Т. 2. С. 219.

[2] См.: Иванов И. С. Правовая защита детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию : расширенный научно-практический комментарий. Подготовлен для справ.-правовой системы «КонсультантПлюс», 2012.

[3] Собр. законодательства Рос. Федерации. 2012. № 23, ст. 2994.

[4] Указ Президента Рос. Федерации от 5 дек. 2016 г. № 646 «Об утверждении Доктрины информационной безопасности Российской Федерации» // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2012. № 50, ст. 7074. (далее — Указ Президента № 646).

[5] Собр. законодательства Рос. Федерации. 2011. № 1, ст. 48.

[6] См.: Кузнецова Е. В. Предупреждение органами внутренних дел криминогенного воздействия контента и коммуникаций в сети Интернет на несовершеннолетних // Ученые труды Российской академии адвокатуры и нотариата. 2018. № 1 (48).

[7] Собр. законодательства Рос. Федерации. 2014. № 26 (ч. I), ст. 3378.

[8] Секретарь ОП поддержал проект закона о создании кибердружин [Электронный ресурс]. URL: https://tass.ru/obschestvo/5754065 (дата обращения: 20.11.2018).

[9] Областной проект «Киберпатруль» [Электронный ресурс]. URL: https://educ.admtyumen.ru/edu/org/edunet/52502/more.htm?id=11183143@cmsArticle (дата обращения: 20.11.2018).

[10] См.: Осипов М. Ю. О некоторых проблемах реализации положений Федерального закона о стратегическом планировании в РФ // Государственная власть и местное самоуправление. 2017. № 12. С. 8–13.

[11] Афиногенов Д. А., Воронин В. В. Роль документов стратегического планирования: правовые аспекты // Государственная власть и местное самоуправление. 2014. № 2. С. 13–17.

[12] См. подробнее: Остроушко А. В., Букалерова Л. А. О необходимости системного подхода при разработке нормативных актов для обеспечения информационной безопасности детей в сетях телекоммуникации // Актуальные проблемы современного общества и пути их решения в условиях перехода к цифровой экономике : материалы XIV международной научной конференции : в 4 ч. (г. Москва, 5 апреля 2018 г.). М., 2018. Ч. 4. С. 148–153.

[13] Shaw Т. (ed.). Information Security and Privacy: a Practical Guide for Global Executives, Lawyers, and Technologists. Chicago : American Bar Association, 2011. P. 17.

[14] Собр. законодательства Рос. Федерации. 1998. № 31, ст. 3802.

[15] См., например: Полякова Т. А. Правовое обеспечение информационной безопасности при построении информационного общества в России : дис. ... д-ра юрид. наук : 12.00.14. М., 2008. 438 с.; Иванов С. В. Правовое регулирование информационной безопасности личности в Российской Федерации // Вестник Екатерининского института. 2014. № 1 (25). С. 50; Гуров А. И., Остроушко А. В. Уголовно-правовая охрана информационной безопасности личности // Закон и право. 2015. № 4. С. 16–18.

[16] Patchin J. Law Enforcement Perspectives on Cyberbullying [Electron. resource]. 2011. URL: http://cyberbullying.us/blog/law-enforcement-perspectives-on-cyberbullying.html.

[17] Токунага Р. С. После вас домой из школы: критический обзор и синтез исследований о кибербуллинге и виктимизации // Компьютеры в поведении человека. 2010. № 26 (3). С. 277–287.

[18] См. об этом: Борисова К. Опасна ли ювенальная юстиция? : интервью главы Комиссии по общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов и реформированием судебно-правовой системы Общественной палаты Российской Федерации А. Г. Кучерены и члена Общественной палаты Российской Федерации О. В. Зыкова пресс-службе Данилова мужского монастыря г. Москвы (май 2009 г.) // Вопросы ювенальной юстиции. 2009. № 5. С. 3–10.

[19] См.: Шнитман Я. Израильское право: социальные службы и права семьи [Электронный ресурс]. URL: http://pravo.israelinfo.co.il/articles/sem (дата обращения: 20.11.2018).

[20] См. об этом: Жаров А. А. О проекте «Персональные данные. Дети» [Электронный ресурс]. URL: http:// http://персональныеданные.дети/o_proekte (дата обращения: 20.11.2018).

[21] Собр. законодательства Рос. Федерации. 2018. № 46, ст. 7043. Документ не вступил в силу.



Возврат к списку