ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ ПРАВО
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ОБ ОБРАЗОВАНИИ Информационный портал
 

Направления развития законодательства об образовании

ЕЖЕГОДНИК РОССИЙСКОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ТОМ 13 (№ 18), 2018 

Свидетельство о регистрации СМИ –  ПИ № ФС77-3049 от 07 декабря 2007 г.

АВТОРЫ: Артамонова Ю. С.

АННОТАЦИЯ

Настоящая статья посвящена анализу процесса становления и развития российского законодательства об образовании. В публикации рассмотрены основные направления развития законодательства об образовании с древнейших времен, действующее законодательство в соответствующей сфере, а также определены направления его дальнейшего совершенствования.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА 

Образование; обучение; воспитание; обучающийся; образовательная организация.


Развитие законодательства об образовании в России напрямую связано с эволюцией права на образование как такового, которое на протяжении весьма длительного времени рассматривалось как привилегия достаточно узкого круга представителей политической, экономической и духовной элит.

Изучение исторических документов показывает, что формирование права на образование в России в современном его понимании зависело от четырех факторов: 1) позиции государственной власти по развитию грамотности и более высокого уровня образованности среди своих подданных; 2) отношения отдельных слоев и групп населения к получению систематических знаний; 3) материальных возможностей государства по развитию системы обучения; 4) возможности населения использовать шанс на получение образования.

Отношение власти к развитию грамотности среди населения опреде­ляется прежде всего потребностями развития управляемых территорий. Так, в Х–ХI вв. княжеская власть Древней Руси стремилась к налаживанию регулярной системы государственного управления и к развитию дипломатических отношений с другими государствами. Это требовало распространения не только элементарной грамотности (чтение, письмо, счет), но знаний более высокого уровня: философских и религиозных концепций, знакомства с научными трактатами греческих, римских, византийских, арабских, западноевропейских и других авторов, а также владения соответствующими иностранными языками (для выполнения дипломатических функций). Но при этом надо принять во внимание, что функции внутреннего и внешнего управления находились в руках князей и их ближнего окружения, а потому они в первую очередь были непосредственно заинтересованы в получении передовых (по тому времени) знаний. Соответствующие знания требовались также для распространения и поддержания государственной (прежде всего религиозной) идеологии.

Впрочем, это стремление к грамотности было, если можно так выразиться, не единодушным. Дело в том, что закончившие школу уже не возвращались к прежнему жизненному укладу. Они становились монахами. Значит, родоплеменным связям они предпочитали связи по новой вере. Поэтому многие люди воспринимали школу как опасное новшество. Летописец сообщает, что матери, отдавая детей в школу, плакали по ним, «аки по мертвеци»[1].

Несмотря на все трудности, образование на Руси последовательно развивается. В XV–XVII веках оно приобретает все признаки государственной профессиональной школы. Это дает основание ряду исследователей прийти к выводу, что грамотность к этому времени получила достаточно широкое распространение. «Устойчивое представление о том, что допетровская Русь была полудикой, малограмотной, необразованной, не соответствует действительности. Данные, полученные отечественными историками, показывают, что в XV–XVII веках грамотность среди монахов составила 75 процентов, землевладельцев — 50 процентов, посадских — 20 процентов, крестьян — 15 процентов»[2].

Революционные преобразования в рассматриваемой нами сфере были проведены в эпоху Петра I. По существу именно его указами было закреплено право на образование, которое для ряда сословий было конвертировано в обязанность учиться. Так, для дворян уклонение от такой обязанности рассматривалось как основание для ограничения права доступа к государственной службе, права на вступление в брак и пр. Всеобщность права на образование не исключала его сословности, что проявлялось, в частности, в запрете низшим слоям населения на получение высшего образования, на обучение за рубежом и т.д. Сословность права на образование до 1917 г. позволяет констатировать декларативность его всеобщности. Весьма условной представляется также системность регулирования образовательного процесса, несмотря на создание в 1801 г. Министерства народного просвещения. По крайней мере, говорить о наличии системы законодательства об образовании в так называемый дореволюционный период мы не можем в принципе[3].

Необычайно буйное развитие системы образования после прихода большевиков к власти необходимо увязывать с их стремлением обеспечить себе в кратчайший период создание мощной социальной базы путем смены элит, а также с избранием ими политики форсированной индустриализации. В первые годы советской власти обучение в школах и других образовательных организациях было добровольным при гарантии его доступности и несословности. Однако 10 августа 1930 г. в свет вышло постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О введении всеобщего обязательного начального обучения»[4], в соответствии с которым предусматривалось введение с 1930/31 г. всеобщего обязательного начального обучения для детей 8 – 9 – 10 лет с последующим распространением с 1931/32 г. обязательного начального обучения для детей 11 лет. Вводилось также обязательное начальное обучение детей-переростков в возрасте 11–15 лет, не прошедших курса начальной школы, на основе ускоренных форм обучения в виде 1- и 2-годичных школ — курсов. В фабричных городах, фабрично-заводских районах и рабочих поселках обязательное обучение осуществлялось по программам фабрично-заводских школ-семилеток, в колхозах — школах рабочей молодежи. На родителей и граждан, имеющих на своем иждивении детей, возлагалась обязанность посылать детей в школы во все учебные дни, не допуская пропуска занятий без уважительных причин, таких как болезнь детей или стихийное бедствие, а также обязанность обеспечивать детей обувью, одеждой, учебниками, тетрадями при условии, если дети не получают соответствующие вещи в школе бесплатно. Нарушение такой обязанности влекло наложение административных санкций. В отношении круглых сирот и беспризорных соответствующие обязанности возлагались на местные органы народного образования.

Реализация данного документа привела к многократному увеличению числа обучающихся — 20 млн в 1931 г. по сравнению с 780 тыс. в 1914 г. Позднее всеобщая обязательность уже восьмилетнего образования была закреплена в ст. 121 Конституции СССР 1936 г.[5] и ст. 125 Конституции РСФСР 1937 г.[6].Однако на протяжении длительного времени продолжал действовать семилетний срок обязательного обучения.

В период 1920 – I пол. 1950-х годов регулирование отношений в системе образования осуществлялось на основании многочисленных нормативных правовых актов подзаконного характера, применяемых к определенным категориям образовательных организаций или определенным категориям учащихся, а также зачастую ограниченным по времени действия. В рамках последующей тенденции консолидации законодательства 24 декабря 1958 г. был принят Закон СССР «Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в СССР»[7], в развитие которого был принят одноименный закон РСФСР от 16 апреля 1959 г.[8]. Указанный документ содержал специальные разделы о средней школе, о профессионально-техническом образовании, о среднем специальном образовании, а также о высшем образовании. Отмечая наличие многочисленных достижений в сфере образования, законодатель вместе с тем констатировал наличие ряда недостатков, основными из которых признавались отрыв обучения от жизни, слабая подготовленность оканчивающих школы к практической деятельности. Преодоление этого недостатка провозглашалось главной задачей регулирования.

Система образования включала такие компоненты, как дошкольное воспитание, всеобщее среднее и профессиональное образование, общее среднее образование, профессионально-техническое образование, среднее специальное образование, а также высшее образование. К числу детских дошкольных учреждений были отнесены детские ясли, детские сады, а также детские ясли-сады общего и специального назначения и другие детские дошкольные учреждения. Всеобщее среднее образование осуществлялось в средних общеобразовательных школах, средних профессионально-технических училищах и средних специальных учебных заведениях. Реализация функции общего среднего образования была возложена на среднюю общеобразовательную школу, которая определялась как единая, трудовая, политехническая школа, осуществляющая общее среднее образование и коммунистическое воспитание детей и молодежи. Профессионально-техническое образование осуществлялось в средних профессионально-технических училищах, обеспечивающих подготовку рабочих кадров. Среднее специальное образование — в техникумах, училищах и других учебных заведениях. Высшее образование осуществлялось в университетах, институтах, академиях, заводах-втузах и других высших учебных заведениях.

Характерной чертой закона, таким образом, следует признать углубление профессионально-отраслевой дифференциации образовательного процесса, а также расширение сферы образовательного процесса, который охватывал граждан практически с рождения. Закреплялись основополагающие принципы образовательного процесса. Существенной новеллой закона следует считать его раздел XIV, закрепляющий право иностранных граждан и лиц без гражданства, проживающих на территории СССР, на получение образования наравне с советскими гражданами. Закон был весьма успешно структурирован и действовал на протяжении всех оставшихся лет советского периода.

Общим признаком всех форм образования следует признать его идеологизированность, что напрямую вытекало из нормативных документов. В качестве примера можно привести устав средней образовательной школы, утвержденный постановлением Совета Министров СССР от 8 сентября 1970 г. № 749[9]. В числе задач образовательного процесса в данном документе провозглашалось осуществление нравственного воспитания в духе требований Морального кодекса строителя коммунизма.

В 70-е годы XX века основным направлением развития законодательства СССР и соответственно РСФСР стала его кодификация. Проявлением указанной тенденции можно назвать принятие Закона СССР от 19 июля 1973 г. № 4536-VIII «Об утверждении Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о народном образовании»[10], в развитие которого был принят Закон РСФСР от 2 августа 1974 г. «О народном образовании»[11]. Статья 1 союзных Основ в качестве ключевой задачи регулирования определяла наиболее полное удовлетворение запросов советских людей и потребностей социалистического общества в образовании и коммунистическом воспитании детей и молодежи как граждан Советского государства, активных строителей коммунизма, формирование всесторонне и гармонично развитой личности, обеспечение народного хозяйства квалифицированными рабочими кадрами и специалистами.

Распад СССР, изменение экономического уклада, деидеологизация общественной жизни в Российской Федерации повлекли реформу всех отраслей законодательства, включая законодательство об образовании. Такая реформа выразилась в принятии Закона РФ от 10 июля 1992 г. № 3266-I «Об образовании»[12] (далее — Закон об образовании 1992 г.) и Федерального закона от 22 августа 1996 г. № 125-ФЗ «О высшем и послевузовском профессиональном образовании»[13] (далее — Закон о высшем образовании), которые коренным образом изменили статус субъектов образовательного процесса. Кроме того, право на образование было закреплено в ст. 43 Конституции РФ 1993 г.[14], подтвердившей обязательный характер основного общего образования, а также общедоступность и бесплатность дошкольного, основного общего и среднего профессионального образования в государственных или муниципальных образовательных учреждениях и на предприятиях.

Статья 8 Закона об образовании 1992 г. дала развернутое определение системы образования как совокупности преемственных образовательных программ и государственных образовательных стандартов различного уровня и направленности, сети реализующих их образовательных учреждений независимо от их организационно-правовых форм, типов и видов, органов управления образованием и подведомственных им учреждений и организаций. Статья 10 определила формы получения образования: очная, очно-заочная (вечерняя), заочная, семейное образование, самообразование, экстернат. Был определен статус образовательных учреждений, легализована деятельность негосударственных образовательных организаций. Статьей 7 предусмотрено установление государственных образовательных стандартов, которые должны содержать федеральный и национально-региональный компоненты.

Закон о высшем образовании, принятие которого приурочивалось к президентским выборам 1996 г., существенным образом расширил автономию учреждений в системе высшего и послевузовского профессионального образования, научно-исследовательских организаций, а также существенным образом повысил уровень гарантий прав студентов, аспирантов, докторантов, профессорско-преподавательского состава, работников высших учебных заведений. Данный закон неоднократно подвергался критике учеными разных отраслей права как принятый без учета современной конкретики и потому несоответствующий реальным жизненным ситуациям. Так, Ю. П. Орловский, говоря о нормах закона, обязывающих предоставлять льготы в сфере труда абитуриентам и студентам за счет работодателя, объективно стремящегося уклониться от их предоставления, указал, что это делает такие льготы неработающими[15].

Практика применения указанных законов показала их несовершенство по многим направлениям. Данное обстоятельство стало предпосылкой принятия единого Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273- ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»[16] (далее — Закон об образовании в РФ), который вступил в силу с 1 сентября 2013 г. Как отмечали авторы комментария к Закону, в предмет регулирования акта входят отношения, возникающие в связи: 1) с реализацией права на образование, то есть осуществлением реальной деятельности, направленной на получение субъектами соответствующих отношений качественных образовательных услуг; 2) обеспечением государственных гарантий прав и свобод человека в сфере образования; 3) созданием условий для реализации права на образование, то есть определением оптимальных моделей и механизмов, а также их практической реализацией в целях соблюдения гарантий реализации конституционного права на образование. Соответственно направлениями регулирования Закона об образовании в РФ выступают: установление правовых основ образования в РФ; установление организационных основ образования в РФ, то есть установление правил и порядка управления образовательной организацией в частности и образовательной системой в целом, и др.[17].

Согласно ст. 2 Закона об образовании в РФ образование рассматривается как целенаправленный процесс воспитания и обучения, являющийся общественно значимым благом и осуществляемый в интересах человека, семьи, общества и государства, а также совокупность приобретаемых знаний, умений, навыков, ценностных установок, опыта деятельности и компетенции определенных объема и сложности в целях интеллектуального, духовно-нравственного, творческого, физического или профессионального развития человека, удовлетворения его образовательных потребностей и интересов. Соответственно воспитание определяется как деятельность, направленная на развитие личности, создание условий для самоопределения и социализации обучающегося на основе социокультурных, духовно-нравственных ценностей и принятых в обществе правил и норм поведения в интересах человека, семьи, общества и государства. Обучение представляет собой целенаправленный процесс организации деятельности обучающихся по овладению знаниями, умениями, навыками и компетенцией, приобретению опыта деятельности, применению знаний в повседневной жизни, развитию способностей и формированию у обучающихся мотивации на получение образования в течение всей жизни.

Статья 10 Закона об образовании в РФ определила структуру системы образования, которая включает пять элементов:

- федеральные государственные образовательные стандарты и федеральные государственные требования, образовательные стандарты, образовательные программы различных видов, уровня или направленности;

- организации, осуществляющие образовательную деятельность, педагогические работники, обучающиеся и родители (законные представители) несовершеннолетних обучающихся;

- федеральные государственные органы и органы государственной власти субъектов РФ, осуществляющие государственное управление в сфере образования, и органы местного самоуправления, осуществляющие управление в сфере образования, созданные ими консультативные, совещательные и иные органы;

- организации, осуществляющие обеспечение образовательной деятельности, оценку качества образования;

- объединения юридических лиц, работодателей и их объединений, общественные объединения, осуществляющие деятельность в сфере образования.

К числу несомненных достоинств действующего Закона об образовании следует отнести закрепление в ст.ст. 6–9 механизма разграничения полномочий между федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления муниципальных районов и городских округов. Пункт «е» ч. 1 ст. 72 Конституции РФ относит к совместному ведению РФ и субъектов РФ общие вопросы воспитания, образования, науки, культуры, физической культуры и спорта, что наделяет регионального законодателя правом издания законов по соответствующим предметам. Примером реализации такого права является Закон Брянской области от 8 августа 2013 г. № 62-З «Об образовании»[18]. Согласно ст. 5 данного закона система образования в Брянской области включает такие компоненты, как:

- государственные образовательные организации, негосударственные образовательные организации и муниципальные образовательные организации Брянской области;

- организации, осуществляющие образовательную деятельность: научные организации, организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, организации, осуществляющие лечение, оздоровление или отдых обучающихся, организации, осуществляющие социальное обслуживание детей, психолого-медико-социальное сопровождение, иные юридические лица и индивидуальные предприниматели, осуществляющие образовательную деятельность;

- организации, осуществляющие научно-методическое, методическое, ресурсное и информационно-технологическое обеспечение образовательной деятельности и управления системой образования, оценку качества образования;

- организации педагогических работников, обучающихся и родителей или законных представителей несовершеннолетних обучающихся.

Таким образом, законодатель субъекта РФ, декларируя в ст. 2 Закона Брянской области единство понятийного аппарата федерального и регионального законов, в приведенном случае расширяет круг субъектов, составляющих указанную систему, за счет организаций социального обслуживания, деятельность которых в настоящее время регламентируется Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации»[19], что в определенной мере придает образовательному законодательству межотраслевой характер.

Между тем представляется необходимым констатировать то обстоятельство, что ряд вопросов в действующем Законе об образовании не урегулирован. Так, в литературе отмечается, что действующий закон, как и его предшественник, не регламентировал порядок получения образования на возмездной основе и оказания платных образовательных услуг, правила ведения экспериментальной и инновационной деятельности, правовые условия внедрения новых норм и технологий организации образовательного процесса, иных институтов, возникновение которых связано с реализацией основных направлений модернизации системы образования, в том числе апробированных и показавших свою эффективность в рамках приоритетного национального проекта «Образование», и др.[20].

Законодательство об образовании на сегодняшний день по существу не регулирует отношения, связанные с участием работодателей и их представителей в образовательном процессе. Между тем практика реализации отдельных направлений образовательной деятельности, например в сфере юриспруденции, позволяет определить порядок привлечения к образовательному процессу ведущих работодателей и нанимателей международного, федерального и регионального значения[21]. На наш взгляд, такой механизм должен быть закреплен законодательно.

Существенным пробелом регулирования следует признать отсутствие в российском законодательстве актов, регламентирующих участие РФ в процессе глобализации образовательного процесса, реализации международных договоров и соглашений, участником которых является наше государство. Подписанием в 2003 г. Болонской конвенции 1999 г. Российская Федерация вступила в так называемый Болонский процесс, предполагающий создание единого образовательного пространства, обеспечение мобильности студентов, унификацию правового статуса образовательных организаций. Болонская конвенция предусмотрела введение единой системы удобных для понимания и сопоставления академических квалификаций, а также общеевропейского приложения к диплому о высшем образовании, позволяющего обеспечить трудоустройство выпускников высших учебных заведений на территории государств Евросоюза. Наиболее существенным положением конвенции стало введение двухуровневой системы высшего образования — бакалавриат и магистратура. Россия присоединилась к конвенции на Берлинской конференции министров образования в сентябре 2003 г. Сегодня двухуровневая система высшего образования в РФ в целом достаточно успешно внедрена, однако существуют основания предполагать, что в условиях изменения международной обстановки в последние годы реализация в России международно-правовых, в том числе европейских, стандартов в различных сферах деятельности может быть существенным образом затруднена.

Обобщая изложенное, можно констатировать наличие в нашей стране на сегодняшний день достаточно развитой системы регулирования отношений в сфере образования, которая базируется на относительно богатом историческом опыте и в то же время отражает современные потребности общества в подготовке специалистов различного профиля. Именно такие потребности в первую очередь должны стать основным вектором дальнейшего совершенствования законодательства об образовании.


Литература

1. Волкова, Н. С. и др. Научно-практический комментарий к Федеральному закону «Об образовании в РФ» / Н. С. Волкова, Ю. А. Дмитриев, О. Ю. Еремина, Т. В. Жукова, А. А. Кирилловых, А. В. Павлушкин, Е. В. Пуляева, Н. В.Путило. — М.: Деловой двор, 2013. — 440 с.

2. Жуков, В. И. Российское образование: истоки, традиции, проблемы. — М., 2001 [Электронный ресурс] // Официальный сайт ФГБНУ «Федеральный центр образовательного законодательства». URL: http://www.lexed.ru/obrazovatelnoe-pravo/knigi/?ELEMENT_ID=1764 (дата обращения: 02.11.2018).

3. Законодательное обеспечение права на образование в Российской Федерации / под ред. Е. Д. Волоховой [Электронный ресурс] // Официальный сайт ФГБНУ «Федеральный центр образовательного законодательства». URL: http://www.lexed.ru/obrazovatelnoe-pravo/knigi/?ELEMENT_ID=1764 (дата обращения: 02.11.2018).

4. Ласкина, Н. В. и др. Комментарий к Федеральному закону от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в РФ» / Н. В. Ласкина, Н. А. Новикова, Н. С. Лежнева, Н. Ю. Тимофеева, С. А. Слесарев, Ю. Н. Вахрушева [Электронный ресурс]. Доступ из исправ.-правовой системы «Консультант­Плюс», 2014.

5. Лившиц, Р. З. Трудовое право России : учебник для вузов / Р. З. Лившиц, Ю. П. Орловский. — М., 1998. — 480 с.

6. Мазаев, Д. В. Участие работодателей в системе высшего юридического образования и в подготовке юристов / Д. В. Мазаев // Закон. — 2016. — № 11.

7. Олесеюк, Е. В. Отечественные университеты в динамике золотого века русской культуры / Е. В. Олесеюк, В. М. Борисов, В. А. Динес и др.; под ред. Е. В. Олесеюка [Электронный ресурс] // Официальный сайт ФГБНУ «Федеральный центр образовательного законодательства». URL: http://www.lexed.ru/obrazovatelnoe-pravo/knigi/?ELEMENT_ID=1764 (дата обращения: 02.11.2018).




[1] Жуков В. И. Российское образование: истоки, традиции, проблемы. М., 2001 [Электронный ресурс] // Официальный сайт ФГБНУ «Федеральный центр образовательного законодательства». URL: http://www.lexed.ru/obrazovatelnoe-pravo/knigi/?ELEMENT_ID=1764 (дата обращения: 02.11.2018).

[2] Законодательное обеспечение права на образование в Российской Федерации / под ред. Е. Д. Волоховой // там же.

[3] См.: Олесеюк Е. В., Борисов В. М., Динес В. А. и др. Отечественные университеты в динамике золотого века русской культуры / под ред. Е. В. Олесеюка [Электронный ресурс] // Официальный сайт ФГБНУ «Федеральный центр законодательного образования». URL: http://www.lexed.ru/obrazovatelnoe-pravo/knigi/?ELEMENT_ID=1764 (дата обращения: 02.11.2018).

[4] СУ РСФСР. 1930. № 39, ст. 479.

[5] Конституция (Основной Закон) Союза Советских Социалистических Республик (утв. постановлением Чрезвычайного VIII Съезда Советов СССР от 5 дек.1936 г.) // Известия ЦИК СССР и ВЦИК. 1936. 06 дек. Документ утратил силу в связи с принятием Конституции (Основного Закона) СССР от 7 окт. 1977 г.

[6] Постановление Чрезвычайного XVII Всероссийского Съезда Советов от 21 янв. 1937 г. «Об утверждении Конституции (Основного Закона) Российской Советской Федеративной Социалистической Республики» (вместе с Конституцией) // СУ РСФСР. 1937. № 2, ст. 11. Документ утратил силу в связи с принятием Конституции (Основного Закона) РСФСР от 12 апр. 1978 г.

[7] Ведомости ВС СССР. 1959. № 1, ст. 5.Документутратил силу с 1 января 1974 г. в связи с принятием Закона СССР от 19 июля 1973 г. № 4536-VIII.

[8] Ведомости ВС РСФСР. 1959. № 16, ст. 272.

[9] Собр. постановлений СССР. 1970 № 17, ст. 132.

[10] Ведомости Верховного Совета СССР. 1973. № 30, ст. 392. Документ утратил силу с 1 сентября 2013 г. в связи с принятием Федерального закона от 29 дек. 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации».

[11] Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1974 № 32, ст. 851. Документ утратил силу с 1 сентября 2013 г. в связи с принятием Федерального закона от 29 дек. 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации».

[12] Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. № 30, ст. 1797. Документ утратил силу с 1 сентября 2013 г. в связи с принятием Федерального закона от 29 дек. 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации».

[13] Собр. законодательства Рос. Федерации. 1996. № 35, ст. 4137. Документ утратил силу с 1 сентября 2013 г. в связи с принятием Федерального закона от 29 дек. 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации».

[14] Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 дек. 1993 г. : с учетом поправок, внесенных законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30 дек 2008 г. № 6-ФКЗ, № 7-ФКЗ, от 05 фев. 2014 г. № 2-ФКЗ, от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2014. № 31, ст. 4398.

[15] См.: Лившиц Р. З., Орловский Ю. П. Трудовое право России : учебник для вузов. М., 1998. С. 11–12.

[16] Собр. законодательства Рос. Федерации. 2012 № 53 (ч.1), ст. 7598.

[17] См.: Ласкина Н. В., Новикова Н. А., Лежнева Н.С., Тимофеева Н. Ю., Слесарев С. А., Вахрушева Ю. Н. Комментарий к Федеральному закону от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в РФ» [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс», 2014.

[18] Официальная Брянщина. 2013. № 22.

[19] Собр. законодательства Рос. Федерации. 2013. № 52 (ч. 1), ст. 7007.

[20] См. об этом: Волкова Н. С., Дмитриев Ю. А., Еремина О. Ю., Жукова Т. В., Кирилловых А. А., Павлушкин А. В., Пуляева Е. В., Путило Н. В. Научно-практический комментарий к Федеральному закону «Об образовании в РФ». М. : Деловой двор, 2013.

[21] См. подробнее: Мазаев Д. В. Участие работодателей в системе высшего юридического образования и в подготовке юристов // Закон. 2016. № 11.


Возврат к списку